Членство в ЕС приносит Польше больше выгод, чем проблем

АрмИнфо.Научный сотрудник Варшавского университета, председатель фонда "Институт восточного права им. Габриеля Шершеневича" Михал Патрик Садловски в интервью АрмИнфо комментирует последние события на польско-белорусской границе, роль Польши в попытке сменить власть в Беларуси. Проблемы между Польшей, “Газпромом” и ЕС. А также перспективы польско-армянских отношений. 

Буквально накануне две многочисленные группы нелегальных мигрантов пробрались с территории Беларуси в Польшу. Всего у польской границы скопилось до 4 тысяч, стремящихся попасть в ЕС, нелегалов из стран Ближнего Востока. Ранее замглавы МИД Польши Петр Вавжик в ноте посольству Беларуси охарактеризовал подобные действия как содержащие признаки целенаправленной эскалации и гибридной агрессии. Чем обусловлено наблюдающееся усиление потока мигрантов, пытающихся через Беларусь попасть на территорию ЕС, на Ваш взгляд?

Мое личное мнение о происходящем в том, что власти Беларуси организуют своего рода агрессию против границ и суверенитета Польши. Мы в Польше считаем, что белорусские власти, белорусские спецслужбы и дипломатия организуют в некоторых странах Ближнего Востока и Африки офисы, где обещают за деньги нелегальную переброску в Евросоюз. Хотя прекрасно знают, что это приведёт в эскалации ситуации. И, к сожалению, уже приводит. Александр Лукашенко стремится продемонстрировать, что если его не будет в президентском кресле или если Евросоюз не будет с ним договариваться, восточные границы ЕС будут в опасности. Это попытка шантажировать и заставить ЕС снять санкции и просто признать его власть. Но сейчас это все одновременно выглядит очень смешно и конечно страшно. Он сам все это организует и вся Европа это видит. Особенно хорошо все это видит Германия, которой сейчас очень невыгодно принимать мигрантов.

На днях, выступая на неформальной встрече Совбеза ООН первый зам постпреда РФ при ООН Дмитрий Полянский охарактеризовал инициированную Польшей и Швецией программу ЕС "Восточное партнерство" как один из главных каналов дестабилизации ситуации в Беларуси. Причем, основными проводниками такой политики, по его словам, стали Польша, страны Балтии и Украина. По его словам, Польшей в ее стремлении сменить власть в Беларуси движет колониальное дежавю.

Давайте сначала разберёмся с событиями 2020 года в Беларуси. Во-первых, такого подъема народа никто не ожидал. По-моему даже в Москве в августе 2020-го совершенно не были уверены, что Лукашенко сможет удержаться у власти. Во-вторых, оппозиция, которая хотела победить на выборах в 2020-ом году, имела связи с Россией, даже после выборов. Эти оппозиционеры приезжали в Россию, и даже по сей день выступают за сохранение геополитических отношений с Москвой. В подтверждение моих слов можете послушать последнее интервью Светланы Тихановской для “Эха Москвы”. Оно очень важно, потому что лидер белорусской оппозиции сказала, что был такой момент в августе 2020, когда они думали, что Лукашенко вот-вот уступит. Но, повторяю - никто там против России не выступал и даже Кремль ждал итогов протестов. Так что дело далеко не только в Польше. Феномен 2020 года такой, что просто большинство белорусского общества не выдержало и сказало: все, достаточно! Даже рабочие – многолетний оплот режима выступили против Лукашенко. И совсем другое дело, что после выборов страны Запада, в том числе Польша поддержали оппозицию. В Варшаве тоже подумали и решили, что Лукашенко скоро уйдет, и помогли белорусской оппозиции наладить работу в Польше. Отсюда сильное противостояние Варшавы и Минска, особенно после крупных репрессий в Беларуси. Все это, в конце концов, привело к разрыву отношений. Очень жаль, потому что до 2020-го между нами были серьёзные попытки договориться. Но, подчеркну, наше мнение в том, что Беларусь сегодня прямо нарушает границы других государств. Никто и никогда этого в отношении Беларуси не делал. Так что это никоим образом не является ответом на какие-то выдуманные действия Польши, Латвии и Литвы.

Некоторые, в том числе польские эксперты, сегодня называют Польшу основным препятствием на пути создания российско-немецкого газового кондоминиума в Восточной и Центральной Европе. В частности, Варшава противостоит планам Берлина и Москвы своей независимой энергетической политикой целью которой является газовая диверсификация страны. А также противодействует проекту «Северный поток-2». Все это уже стало причиной яростных нападок на польское руководство. Отражают ли эти мнения текущие реалии, и не усматриваете ли Вы необходимости, скажем так, большей координации действий между Варшавой и Москвой?

Диверсификация, безусловно, необходима, если наша страна хочет иметь выгодные цены на необходимое ей сырье. У нас такое положение, что мы просто обязаны быть энергетически независимы. И да, Польша должна иметь возможность выбора. А если у нас будет выбор и у “Газпрома” будут выгодные цены, то тогда, почему нет, можно будет подумать и о контрактах.

В письме зампреду Еврокомиссии Маргрете Вестагер министр экологии Польши Михал Куртыка охарактеризовал Россию как одного из главных виновников беспрецедентного роста цен на энергоносители в Евросоюзе. Указав, что «Газпром» намеренно занижает объем поставок газа, он призвал власти ЕС срочно предпринять шаги, чтобы решить, данную проблему. В чем причины возникновения подобной ситуации и не является ли она ответом на действия Польши в отношении России и Германии? 

Причины разные, но одна из них – это монополия “Газпрома”. Монополия, которая уже давно стала инструментом политического влияния. В этом вся суть спора.

Недавнее решение Конституционного суда Польши о приоритетности польского законодательства на территории страны над правом Евросоюза натолкнулось на абсолютно противоположное видение Брюсселя, считающего первенство европейского права над национальным несомненным. После отказа Польши платить штрафы суда ЕС все это лишь углубило уже имеющиеся противоречия между Польшей и ЕС. Чем может закончиться это противостояние и в чем его глубинные причины?

И здесь причины также самые разные. Одна из них - так называемая реформа правосудия, которая, к сожалению, пока плохо реализуется. Но корни всего этого берут свое начало с конца 2015-го, когда ещё “Гражданская платформа” нарушила закон о Конституционном трибунале. И тогда когда партия “Право и справедливость” пришла к власти, она вместо исправления этой ошибки добавила к ним свои. На фоне этого начался спор, который состоит в вопросе, нужно ли углублять интеграцию в Евросоюз или же на данном этапе ее приостановить и просто сотрудничать как раньше. Учитывая, что мы имеем свободное передвижение товаров, людей, услуг и инвестиции. Много вопросов этого конфликта также связаны с различиями оценок в ценностях. Для части польских консерваторов неприемлемы некоторые, назовем их так, сильно прогрессивные подходы в развитии общества и личности. В этой области много конфликтов. Но, с целью не погрешить против справедливости, надо сказать, что виноваты обе стороны конфликта. В Польше некоторые политики используют вопрос ценностей в чисто политических целях. И конечно, необходимо отметить, что мощь Польши возрастает год от года. Что в ЕС учитывается далеко не всегда. Также не всегда уважаются наши интересы.

С момента присоединения Польши к ЕС в 2004-м страна получила от Брюсселя более 150 миллиардов евро – больше, чем любая другая страна-участница. И лишь за период членства в ЕС экономика Польши выросла почти на 30%. Можно ли, на этом фоне, говорить о готовности Польши выйти из ЕС в свете демонстрируемой вашими властями решимости защищать национальные ценности или же страна все-таки уступит ЕС?

В конце прошлого года на обсуждениях нового бюджета имели место бурные переговоры, дебаты и требования взаимных уступок. Но в конце концов, все договорились. И самое главное, что большая часть польского общества поддерживает членство страны в ЕС, а сами политики прекрасно понимают, что членство в ЕС приносит Польше больше выгод, чем проблем. Не надо забывать и то, что среди польской политической элиты есть политики, для которых выход из ЕС это перспектива, которую надо предотвратить любыми способами. Для них ЕС - это цивилизационный выбор и этот выбор необходимо сохранить. Особенно, учитывая, что Евросоюз является формой определённого союза, который усиливает далеко не только экономическую безопасность. Так что предпосылки на сегодня ведут к вероятному компромиссу, на основе которого будет достигнуто согласие. Но, знаете ли, бывает всякое…

В отношениях с какой Арменией, каким Южным Кавказом сегодня заинтересована Польша? В каких сферах отношений между Польшей и Арменией Вы усматриваете потенциал развития? И внесла ли корректировки в польскую политику на Южном Кавказе итоги прошлогодней агрессии Азербайджана и Турции в отношении Армении и Арцаха?

В последние месяцы даже дни я вижу, что польская сторона старается усиливать научные, гуманитарные и общественные программы, которые нацелены на развитие отношений с Арменией. Это, несомненно, итог того, что в Варшаве заметили результаты и последствия второй карабахской войны, и Польша хочет помочь христианскому народу. Народу, часть которого со средних веков живет в Польше. Должен отметить, что исторический и религиозный фактор в отношениях между Польшей и Арменией достаточно важен. Во-вторых, видно, что в Армении прошли демократические выборы. И здесь также заметили, что помощь и реализация совместных проектов с 2018 года достаточно невелики. Также необходимо помнить, что одним из принципов польской политики на Южном Кавказе всегда было сохранение баланса в отношениях Варшавы с Ереваном и Баку. А в последнее время этот баланс был нарушен. И теперь его надо как-то восстановить. В-третьих, немало людей считают, что Армения является хорошей площадкой для выхода на Иран. Также существуют ожидания, что после открытия коммуникаций регион будет возможно гораздо быстрее развивать, что в свою очередь может поспособствовать новым капиталовложениям. Так что есть разные концепции и подходы, но посмотрим на реализацию. Особенно с учетом падения в последние годы интереса Варшавы к  проекту “Восточного партнёрства”.